Неточные совпадения
Они говорили, что все это вздор, что похищенье губернаторской дочки более
дело гусарское, нежели гражданское, что Чичиков не сделает этого, что бабы врут, что баба что мешок: что положат, то несет, что главный предмет, на который нужно обратить внимание, есть мертвые души, которые, впрочем, черт его знает, что значат, но в них заключено, однако ж, весьма скверное,
нехорошее.
— Что ж, хоть бы и уйти? — заметил Захар. — Отчего же и не отлучиться на целый
день? Ведь нездорово сидеть дома. Вон вы какие
нехорошие стали! Прежде вы были как огурчик, а теперь, как сидите, Бог знает на что похожи. Походили бы по улицам, посмотрели бы на народ или на другое что…
Старик неохотно встал и вышел за мной на улицу. Кучер мой находился в раздраженном состоянии духа: он собрался было попоить лошадей, но воды в колодце оказалось чрезвычайно мало, и вкус ее был
нехороший, а это, как говорят кучера, первое
дело… Однако при виде старика он осклабился, закивал головой и воскликнул...
Языком лепечу слова, а на уме совсем не то: точно мне лукавый в уши шепчет, да все про такие
дела нехорошие.
Только и было сказано между ними слов; но
нехорошие это были слова. На другой же
день бригадир прислал к Дмитрию Прокофьеву на постой двух инвалидов, наказав им при этом действовать «с утеснением». Сам же, надев вицмундир, пошел в ряды и, дабы постепенно приучить себя к строгости, с азартом кричал на торговцев...
И я должен сказать, что и теперь в Сергиевской, как прежде на Васильевском, три грани
дня Веры Павловны составляют: чай утром, обед и вечерний чай; да, она сохранила непоэтическое свойство каждый
день обедать и два раза пить чай и находить это приятным, и вообще она сохранила все свои непоэтические, и неизящные, и
нехорошего тона свойства.
Уход Дерсу произвел на меня тягостное впечатление, словно что-то оборвалось в груди. Закралось какое-то
нехорошее предчувствие; я чего-то боялся, что-то говорило мне, что я больше его не увижу. Я был расстроен на весь
день; работа валилась у меня из рук. Наконец я бросил перо, оделся и вышел.
И в самом
деле неинтересно глядеть: в окно видны грядки с капустною рассадой, около них безобразные канавы, вдали маячит тощая, засыхающая лиственница. Охая и держась за бока, вошел хозяин и стал мне жаловаться на неурожаи, холодный климат,
нехорошую, землю. Он благополучно отбыл каторгу и поселение, имел теперь два дома, лошадей и коров, держал много работников и сам ничего не делал, был женат на молоденькой, а главное, давно уже имел право переселиться на материк — и все-таки жаловался.
— Знаете что, не люблю я вашего Стабровского!
Нехорошее он
дело затевает, неправильное… Вконец хочет спаивать народ. Бог с ними и с деньгами, если на то пошло!
— Ярманка, сударь, место бойкое, недобрых людей в ней довольно, всякого званья народу у Макарья не перечтешь. Все едут сюда, кто торговать, а кто и воровать… А за нашим хозяином
нехорошая привычка водится: деньги да векселя завсегда при себе носит… Долго ль до греха?.. Подсмотрит какой-нибудь жулик да в недобром месте и оберет дочиста, а не то и уходит еще, пожалуй… Зачастую у Макарья бывают такие
дела. Редкая ярманка без того проходит.
У артистки был сегодня один из ее
нехороших, черных
дней.
— И что ж, в самом
деле, это будет, мамынька! — молвила Аграфена Петровна. — Пойдет тут у вас пированье, работникам да страннему народу столы завтра будут, а он, сердечный, один, как оглашенный какой, взаперти. Коль ему места здесь нет, так уж в самом
деле его запереть надо. Нельзя же ему с работным народом за столами сидеть, слава пойдет
нехорошая. Сами-то, скажут, в хоромах пируют, а брата родного со странним народом сажают. Неладно, мамынька, право, неладно.
— Кто их знает?.. Понять невозможно, — отвечал Пантелей. — Только сдается, что
дело нехорошее. И Алексей этот тоже целые ночи толкует с этим проходимцем, прости Господи. В одной боковушке с ним и живет.
Не позволите ли, батюшка, сделать лишний сгон?» Отец отвечал, что крестьянам ведь также надо убираться, и что отнять у них
день в такую страдную пору
дело нехорошее, и что лучше сделать помочь и позвать соседей.
Положив к этим билетам расписку Екатерины Петровны, управляющий опустил верхнее
дно на прежнее место, а затем, снова уложив в сундук свое платье, запер его с прежним как бы тоскующим звоном замка, который словно давал знать, что под ним таится что-то очень
нехорошее и недоброе!
Пульс был
нехороший, и Петр Елисеич только покачал головой. Такие лихорадочные припадки были с Нюрочкой и раньше, и Домнушка называла их «ростучкой», — к росту девочка скудается здоровьем, вот и все. Но теперь Петр Елисеич невольно припомнил, как Нюрочка провела целый
день. Вообще слишком много впечатлений для одного
дня.
Удосужилась бы малым
делом…» Но Наташка боялась особенно дружить с солдаткою Аннушкой, про которую шла
нехорошая слава: подманивала она красивых девок для Палача.
— Прошу вас, — ближе к
делу! — сказал председатель внятно и громко. Он повернулся к Павлу грудью, смотрел на него, и матери казалось, что его левый тусклый глаз разгорается
нехорошим, жадным огнем. И все судьи смотрели на ее сына так, что казалось — их глаза прилипают к его лицу, присасываются к телу, жаждут его крови, чтобы оживить ею свои изношенные тела. А он, прямой, высокий, стоя твердо и крепко, протягивал к ним руку и негромко, четко говорил...
Мои ночи кончились утром.
День был
нехороший. Шел дождь и уныло стучал в мои стекла; в комнатке было темно, на дворе пасмурно. Голова у меня болела и кружилась; лихорадка прокрадывалась по моим членам.
—
Нехорошие за ней
дела, — отвечала женщина, как бы в раздумье и колеблясь: говорить или нет? — Нам что, мы посторонние…
Дом наполнился
нехорошею, сердитой тишиною, в комнату заглядывали душные тени.
День был пёстрый, над Ляховским болотом стояла сизая, плотная туча, от неё не торопясь отрывались серые пушистые клочья, крадучись, ползли на город, и тени их ощупывали дом, деревья, ползали по двору, безмолвно лезли в окно, ложились на пол. И казалось, что дом глотал их, наполняясь тьмой и жутью.
В разгар этой работы истек, наконец, срок моего ожидания ответа «толстой» редакции. Отправился я туда с замирающим сердцем. До некоторой степени все было поставлено на карту. В своем роде «быть или не быть»… В редакции «толстого» журнала происходил прием, и мне пришлось иметь
дело с самим редактором. Это был худенький подвижный старичок с необыкновенно живыми глазами. Про него ходила
нехорошая молва, как о человеке, который держит сотрудников в ежовых рукавицах. Но меня он принял очень любезно.
Одеться было
делом одной минуты. Я торопился точно на пожар, а Любочка и не думала уходить. Она сидела по-прежнему на лавочке, в прежней убитой позе. Белая ночь придавала ее бледному лицу какой-то
нехороший пепельный оттенок.
— И ведь «коемуждо воздастся по
делом его» — это верно! Примерно, отец мой… Надо прямо говорить — мучитель человеческий! Но явилась Фёкла Тимофеевна и — хоп его под свою пяту! Теперь ему так живётся — ой-ой-ой! Даже выпивать с горя начал… А давно ли обвенчались? И каждого человека за его…
нехорошие поступки какая-нибудь Фёкла Тимофеевна впереди ждёт…
Но обыска не было, к следователю его всё не требовали. Позвали только на шестой
день. Перед тем, как идти в камеру, он надел чистое бельё, лучший свой пиджак, ярко начистил сапоги и нанял извозчика. Сани подскакивали на ухабах, а он старался держаться прямо и неподвижно, потому что внутри у него всё было туго натянуто и ему казалось — если он неосторожно двинется, с ним может случиться что-то
нехорошее. И на лестницу в камеру он вошёл не торопясь, осторожно, как будто был одет в стекло.
При
деле раскрылось много других
нехороших вещей.
Лицо пламенного человеколюбца то и
дело вспыхивает брезгливою ненавистью, губы злобно подергиваются, глаза начинают подмигивать с
нехорошею улыбкою.
Многие из них в ссоре друг с другом, все не дают пощады один другому в боевом, торговом
деле, все знают друг за другом
нехорошие, нечестные поступки…
— Ничего
нехорошего! Мы на царской службе, что ж нам есть? Вон, три
дня уж горячей пищи не дают, на станциях ничего не купишь, хлеб невыпеченный. С голоду, что ли, издыхать?
Филолог, благонамеренный такой, ни в какие
дела нехорошие не суешься, убеждения имеешь, Тихоня, женат…
Катя. Не знаю, барыня…
Нехорошее что-то случилось… Недаром у меня сердце ноет! Бросьте, барыня! Грех ведь! (Плачет.) Барина Сергея Павловича жалко… Красавец был такой, а на что похож стал? Измаялся за два
дня, сердечный, и как шальной ходит. Перевелся хороший господин… Михаила Васильича жалко… Бывало, самый веселый человек был, проходу, бывало, от его веселости не было, а теперь он на смерть похож стал… Бросьте, барыня!
Положение графа было очень
нехорошее: если бы изобретенное им предприятие было утверждено, то он все-таки несколько надеялся втянуть Янсутского в новую аферу и таким образом, заинтересовав его в двух больших
делах, имел некоторое нравственное право занимать у него деньги, что было необходимо для графа, так как своих доходов он ниоткуда не получал никаких и в настоящее время, например, у него было в кармане всего только три целковых; а ему сегодняшним вечером нужно было приготовить по крайней мере рублей сто для одной своей любовишки: несмотря на свои 60 лет, граф сильно еще занимался всякого рода любовишками.
— Как же ты такими
делами нехорошими занимался?
Илья. Так что ж? Нешто я так жил? Молод, так и распутничать! Не для веселья мы на свете-то живем. Не под старость, а смолоду добрыми-то
делами запасаются. Ты оглянись на себя: дома ты не живешь, знаешься с людьми
нехорошими, жену обижаешь. Что ж у вас дальше-то будет, скажи ты мне?
Другие, и большинство, считали его
нехорошим человеком, но великим мастером своего
дела.
Опять дачу увидел он, но только был
день — странный,
нехороший и жуткий.
Но она сейчас же стала особенно взглядывать на него. Должно быть, и в самом
деле вид у него был
нехороший. Она думала даже, что он долго лежал больной и скрыл это от нее.
«Он человек
нехороший, вредный для
дела; за три года, пока он служит, у меня накипело в душе, но тем не менее мой поступок ничем не может быть оправдан. Я воспользовался правом сильного. Он мой подчиненный, виноват и к тому же пьян, а я его начальник, прав и трезв… Значит, я сильнее. Во-вторых, я ударил его при людях, которые считают меня авторитетом, и таким образом я подал им отвратительный пример…»
Ананий Яковлев. Не о боязни речь! А говоришь тоже, все еще думаючи, что сама в толк не возьмет ли, да по доброй воле своей на хороший путь не вступит ли… А что сделать, я, конечно, что сделаю, как только желаю и думаю. Муж глава своей жены!.. Это не любовница какая-нибудь: коли хороша, так и ладно, а нет, так и по шее прогнал… Это
дело в церкви петое: коли что
нехорошее видишь, так грозой али лаской, как там знаешь, а исправить надо.
Юля. Ленечка, отчего ты такой хмурый? Разве можно так в
день рождения? Какой же ты
нехороший!.. (Кладет ему голову на грудь.)
С Палагеей Ивановной тоже
нехорошее творится: худеет и кашляет
день ото
дня больше, пищи никакой не имеет, а без мадеры уже и жить не может.
Брат, однако, ее и в этом потешил, нанял, ни много ни мало, за восемьсот рублей француженку — рябая этакая девка, из себя
нехорошая, но умная и, главное, хитрая; сразу смекнула, в чем
дело, и давай вместе с маменькой баловать Митеньку; ну и бесподобно, значит; «не гувернантка, а друг дома», рассказывается всем; другу дома, стало быть, надобно платить вместо восьмисот тысячу.
Он ни над кем не смеялся и никого не упрекал, но, когда он выходил из библиотеки, где просиживал большую часть
дня, и рассеянно блуждал по всему дому, заходя в людскую, и к сестре, и к студенту, он разносил холод по всему своему пути и заставлял людей думать о себе так, точно они сейчас только совершили что-то очень
нехорошее и даже преступное и их будут судить и наказывать.
Путохин принес мне плату за квартиру, но уже не извинялся, хотя просрочил 18
дней, и молчал, когда брал от меня расписку в получении. На следующий месяц деньги принесла уже мать; она дала мне только половину, а другую половину обещала через неделю. На третий месяц я не получил ни копейки и дворник стал мне жаловаться, что жильцы квартиры № 23 ведут себя «неблагородно». Это были
нехорошие симптомы.
Но от усталости или бессонницы
день был
нехороший для занятий, и князь Андрей ничего не мог делать, он всё критиковал сам свою работу, как это часто с ним бывало, и рад был, когда услыхал, что кто-то приехал.